© 2008 Jupiterimages 
Какое-то безотчетное, карамельное чувство. Сродни мороку, забвению или некоему плавному течению, совершенно беззаботному и безмятежному, по солнечному шепоту волн.

Уже вечером, когда небольшой речной трамвайчик, захлебываясь от волнения, вез меня к вокзалу, мне очень хотелось, чтобы никогда не кончалось – это трепетание ночи, нежное воркование маслянистых волн, чередование, словно кадров на экране, вырезанных лучом диапроектора узорных окон, вычурных башен, сутулых фигур богов и ангелов, пытающихся вырваться из сумеречного плена. Чтобы пахло, как на рыбном рынке, морем и свежей рыбой, и не было бы ничего кроме этого.

Кроме Венеции!

Иногда, когда я вспоминаю ее, мне кажется, что Венеция - пластмассовый шарик с увеличительной линзой, сквозь который просвечивает цветная картинка золотого сна с принцессами и принцами, вечным новым годом и карнавалом, с неподдельным детским изумлением и светлой грустью.

Но грустью светлой или солнечной. Такой же золотой, как волосы венецианок, подкрашенные хной.

Венецианки сушили волосы на солнце, высунувшись из окон. Видимо, с тех самых времен Венеция стала золотой. Волосы венецианок вплетены золотыми прожилками в волны гранд-канала, лагуны, лениво выгнувшей линию берега, как кошка спину, которая, сладко зевнув, потягивается спросонья. И стены старой кирпичной кладки тоже золотые, особенно когда огромный, как купол белоснежного храма Паладио, шар солнца поднимается над крышами, чтобы высветлить самые темные закоулки и лабиринты этого города.

Или не города, а грезы?

Но даже все золото солнца, собранное в мощный световой поток, не может проникнуть в черную, паутинную тьму углов и закоулков. Есть в Венеции переулки маленькие, будто щели, где лишь блеклый просвет неба, узкая полоска, бросают призрачную, голубоватую, какую-то хлипкую тень на булыжную, тоньше метра, мостовую. А стены с облупившейся штукатуркой напоминают

© 2008 Jupiterimages 
каюту затонувшего корабля. Волны рисуют загадочные плавные узоры, словно на бусах и ожерельях венецианского стекла с острова Мурано. И стены будто колеблются, словно водоросли. И вся Венеция, кажется, танцует в луче света, легко колеблемая ветром, как Эсмеральда. Вся в этих тончайших переливах, поющих прожилках золотого и голубого. Эти два света и есть Венеция. Моя Венеция. Венеция, которая мне снится в доме с деревянными балками.

Голубой – вода и небо, золото – солнце, дома, храмы, покатые крыши, квадрига на Сан-Марко, которую Венеция, будучи империей и занимая часть Константинополя, "оставила себе на память". Как-то не поднимается язык сказать: уперла. Если все это было ее, то, стало быть, зачем воровать?

А теперь золотая, дремотная, Византия опочила на куполах Венеции. Византия, слившаяся со своим отражением на площади Сан-Марко в пору дождей, когда каналы выходят из берегов, как будто город с тоски вскрывает себе вены.

Я смотрелся в это византийское отражение Сан-Марко и мне мерещились Василий Блаженный и Москва. Старая Москва, которая убывает с каждым годом. И еще - Казанский собор и Исакий. Но это все было потом, когда я проснулся. Задним числом, задним умом. А тогда я видел только Сан-Марко, Дворец Дожей и башню-колокольню Сан-Марко, напоминающую карандаш.




ЖЖ
facebook

 1  2 3 4
Страницы
Игорь Михайлов • 12.11.2008
Версия для печати cсылки по теме: состояние, путешествия, города, вода и водоемы


Мобильная версия
Поиск по женскому журналу:






© Суперстиль Женский журнал 2005-2020.


архив // темы // авторы // дайджест // пишите нам // подписка (rss) // реклама

Все права на материалы, находящиеся на сайте женского журнала SuperStyle.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта, гиперссылка (hyperlink) на SuperStyle.ru обязательна.

– на правах рекламы


Rating@Mail.ru