В конце XIX века в беднейших окрестностях Буэнос-Айреса, куда в поисках счастья съезжались эмигранты со всего мира, возник новый танец,

© 2008 Jupiterimages 
которому в начале XX века было суждено завоевать мир. Танго – удивительный сплав традиций, фольклора, чувств и переживаний многих народов.

Счастье орильи

Счастье – это деньги, женщины, вино и здоровье. У вновь прибывших эмигрантов из Европы, валом поваливших в Аргентину в конце ХIХ века, были здоровье, дешевое вино, много портовых шлюх и не было денег. Смешавшись с беглыми матросами, каторжанами и уличными бродягами, они образовали так называемую орилью, которая во всем противопоставляла себя благополучным центральным кварталам Буэнос-Айреса.

Счастья никогда не хватает на всех. Те, кто поймали на новой родине жар-птицу за хвост, вырвались из нищеты. Тем, кто остался, ничего не оставалось делать, как топить свою печаль в дешевых женщинах, дешевом вине и острых, как перец "чили", танцах. Для орильи всегда приветливо распахивались двери притонов и таверен, которых на окраине столицы было пруд пруди.

Окраина, все больше и больше замыкаясь в себе, отдаляясь от богатства и власти, пела, плясала, пила и любила местных женщин, отдававшихся за стакан сухого вина. У нее появился свой особый язык, своя манера одеваться и держаться, свои музыка и танец - танго.

Танец смелый и дерзкий, откровенный и страстный, танец – вызов, танец – протест. Танец, насыщенный сексуальной энергией и доказывающий, что можно любить и быть счастливым даже на самом дне утопающего в рекламе и сияющего огнями, манящего богатством и роскошью Буэнос-Айреса.

Тайна имени

Происхождение названия окутано тайной. Версий много, и вряд ли кто-нибудь из современных любителей этого танца и профессионалов-танцоров расскажет вам одну-единственную. Однако профессионалы-историки придерживаются версии, что слово "танго" происходит от африканского "тамбо" - так назывался барабан, под который исполнялись ритуальные пляски.

В том виде, в каком танго родилось в портовых притонах и тавернах, оно представляло собой странный сплав сразу нескольких танцев - испанской хабанеры и андалузского фанданго, креольской милонги и негритянского кандомбе. От хабанеры в танго пришло лунатическое слияние тел, от фанданго - ослепительное головокружение, от милонги - причудливое переплетение ног, и, наконец, от кандомбе – мощный двойной притоп, напоминающий удары африканского барабана.


© 2008 Jupiterimages 
Но сначала были песни. Собравшиеся в таверне пели о своей утраченной родине, о новой беспросветной жизни, вкладывая в слова грусть и ностальгию по утраченному прошлому, отчаяние и разочарование в приобретенном настоящем, страстное желание, надежду и стремление изменить свое положение в будущем. Под эти песни и родился танец, названный танго, - танец, в котором есть эротическая напряженность и подлинный драматизм, сильное переживание и искреннее чувство. Эмигранты привезли с собой музыкальные традиции своих стран и самые разные инструменты: скрипки, гитары, флейты. Музыка была экспрессивной, стремительной и быстрой, заставляющей сердце биться чаще, кровь пульсировать живее. И какой-нибудь Пьер из французского Льежа, в одночасье превратившийся в окрестностях Буэнос-Айреса в дона Педро, в страстном движении подхватывал на лету местную соблазнительную Хуаниту, и, слившись с нею в единое целое, забывал о тусклом и сером существовании, которое ждало обоих за порогом, и наслаждался отпущенными мгновениями под рукоплесканья таких же, как и он, завсегдатаев кабачка…


Это был танец униженных и оскорбленных, отверженных и отторгнутых – властью, обществом, высшим светом. В те времена танго танцевали в тавернах и публичных домах, во дворах бараков и просто на улицах в беднейших кварталах города.

Прошло много времени, пока для власть и деньги имущих он стал своим.


Flickr: newkindofkick 
Превращения в Старом Свете

В начале нового XX века среди инструментов танго появился бандонеон, инструмент, напоминающий своим звучанием орган. Он добавил ноты драматизма в музыку танго. С его появлением танец стал более медленным, в нем появилась интимность. Танго постепенно завоевывало все аргентинское общество.

Кто может объяснить, почему вдруг становится модным есть французскую фуа-гра, пить шотландское виски, носить американские джинсы и танцевать аргентинское танго? После 1912 года не было дома в аргентинской столице, где бы на приемах и званых вечерах не танцевали танго.

Танцевальные салоны возникли во всех районах Буэнос-Айреса. Молва о "латиноамериканце" докатилась до Нью-Йорка, Лондона и Парижа, городов-законодателей всей и всяческой моды. Танго с необыкновенной легкостью перешагнуло границы, и вскоре весь мир танцевал новый танец.

Но в Старом Свете аргентинское танго видоизменилось и приспособилось к европейскими представлениями об искусстве танца. Темпераментный и соблазнительный характер танго постепенно исчез, в танец были введены шаги, чтобы пары могли двигаться по кругу; ударные инструменты, которых не было в классическом аргентинском оркестре, вышли на передний план. Пара больше не смотрела в глаза друг другу, тлеющая страсть улетучилась, таинственность исчезла, интимность растворилась, и танец, зажигавший сердца и волновавший кровь, превратился в торжественное

Flickr: Natalia F. 
шествие по кругу в показном, зачастую маршеподобном стиле. Был утрачен настоящий характер аргентинского танго - музыка и чувства. Ведь когда вы танцуете танго, ничего больше нет в этом мире – только музыка и чувства.

Победа танго

Как бы европейцы ни приспосабливали танго под себя, танцу остались присущи бескомпромиссность и дерзкость. И в таком виде он вызвал неудовольствие церкви и властей. В Париже кардинал Аметт обьявил: "Христианам не следует по совести принимать участие в этом действе". В Риме его поддержал глава всей католической Папа Бенедикт XV: "Это возмутительный, непристойный и языческий танец. Он убивает семейную и общественную жизнь". В Лондоне английская королева заявила, что отказывается танцевать "это". Ну, а в Вене император просто запретил офицерам танцевать "это" в военной форме. В этой борьбе победило танго – и уже ничто не могло остановить его триумфальное шествие по миру.

К бессмысленной борьбе с танго вернулись…в Аргентине. Временное правительство, пришедшее к власти после военного переворота в сентябре 1930 года, в течение ряда лет запрещало любые танго и песни, содержащие хотя бы малейшие намеки на политику и социальную несправедливость.


В течение 50-х годов танго пришло в упадок. И в Аргентине, и в Европе, и в США. Пришли новые времена, а с ними - новые ритмы и песни.

© 2008 Jupiterimages 
Новые ритмы – новые танцы. "Биттлз", "Роллинг стоунс", "Абба", рокк-н-ролл, твист, шейк - пусть каждый продолжит дальше по своему вкусу – затмили танго и в Старом Свете, и на его родине. В 60-е музыканты и композиторы разных стран экспериментировали с новым стилем танго "эль нуэво" и лишь в 80-е годы интерес к танцу начал возрождаться во всем мире. В наше время танго-клубы возникли Париже, Лондоне, Амстердаме и даже в холодном Хельсинки. Танго-шоу играют на сценах Бродвея, Токио и Берлина. Бум танго, приобретая все новых и новых поклонников, дотанцевал и до России.

Может быть потому, что в течение последнего десятилетия во всем мире началось огромное возрождение интереса к танцу бальному: вальсу, квикстепу, таким латиноамериканским танцам, как салса и румба?

Но аргентинское танго продолжает занимать отдельную нишу в парном танце. Здесь тела партнеров намного ближе, чем в любой другом танце. Здесь ноги движутся быстрее и ритмичнее. Здесь гармонично сочетаются чувственность и чувствительность, тоска и меланхолия, восторженность и ликование.

О танго писали во всем мире: и те, кто его танцевал, и те, кто им восхищался. Лучше всего дух танго выразил гениальный аргентинский писатель Хорхе Луис Борхес. Танго, говорил Борхес, это прямое выражение того, что поэты часто стараются выразить в словах.

"Танго дает двум людям ощущение того, что они - одно целое… Как все подлинное, танго таит в себе секрет. Музыкальные словари единодушно дают ему краткое и "исчерпывающее" определение, звучащее элементарно просто и не сулящее никаких осложнений. Однако если, доверившись ему, французский или испанский композитор напишет по всем правилам "свое" танго, то с изумлением отметит, что сотворил нечто такое, что не распознается нашим слухом, не воспринимается нашей памятью и отвергается нашим телом... Похоже, что без сумерек и ночей Буэнос-Айреса создать настоящее танго невозможно".



Иллюстрации с сайтов: © 2008 Jupiterimages, Flickr: newkindofkick, Flickr: Natalia F..

Геннадий Евграфов • 13.02.2008


© Суперстиль 2005-2018

Все права на материалы, находящиеся на сайте SuperStyle.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта, гиперссылка (hyperlink) на SuperStyle.ru обязательна.