© 2009 Jupiterimages 
Так случилось, что между покупкой первой и второй моей шубы прошло двадцать два года. Первую мою шубу – из вытянутой и стриженой овчины подарила бабушка на мой день рождения. Мне как раз исполнилось три года. Шуба была большая и белая, и я в ней буквально утонула. Она мне все равно понравилась: я чувствовала себя в этой шубе Снегурочкой. Два года спустя шуба превратилась в курточку с рукавами почти до локтей. И как бы она мне ни нравилась, но, если вещь становится мала, ее приходится чем-то заменять.

На следующий год мама не стала покупать мне шубу побольше, а обрядила меня в зеленую курточку с рыжим мехом. "Вот станешь постарше, купим тебе шубу", - пообещала мама.

Но прошло еще немного времени, наступили девяностые, и о шубах пришлось забыть. Пальто на синтепоне – о большем не стоило и мечтать.

Я помню людей на улицах: они были мрачны, одеты во что-то неопределенное, но тяжелое, грубое и без малейшего намека на красоту. Шубы исчезли, потому что этот символ богатства было странно носить в обнищавшей стране. К тому же в тяжелое время пушистого меха можно было запросто лишиться: злые люди, о которых я раньше слышала только краем уха, вышли из тени и, почти не таясь, промышляли в городе.

В шубах отваживались ходить только проститутки, да и те, вероятно, потому, что выбор у них был небольшой: носить шубу или превратиться в ледышку. Их шубы были яркими: линялые, лохматые лиса и песец, а затем крашеный мех невероятных расцветок.

Предприятия стояли, работы и денег не было, даже в "Зингере", престижном раньше месте работы, зарплату выдавали швейными машинками. Газеты пестрели объявлениями: "Продам швейную машинку, новую, недорого" Но мало кому удалось сбыть их тогда с рук: шить было не из чего.


Wikimedia Foundation 
Люди снимались с насиженных мест в поисках лучшей доли или хотя бы оплачиваемой работы. Толпы женщин и мужчин отправлялись с утра в первопрестольную. Решительные и мрачные, огрубевшие не от злости, а от усталости, они ввинчивались в переполненные электрички с видом решительным и обреченным. Поздно вечером "добытчики" возвращались обратно: без кровинки в лице, замученные и спящие на ходу.

Когда я ездила на подготовительные курсы, а затем и в университет, эти люди надолго стали моими соседями по промерзшей электричке. Зимний путь к знаниям, ежеутренний и ежевечерний был самым страшным моим воспоминанием об этих годах. Вечные холод, темнота и простуда.

Женщины-соседки уже приспособились к этим поездкам и обзавелись длинными шубами или дубленками. Самым распространенным мехом была нутрия. Шуба из нутрии теплая и не очень тяжелая, а грязь и вода не задерживаются на ней. Большим везением в утреннем кошмаре для меня было встать в толпе между двумя женщинами в нутриевых шубах – тогда становилось тепло. Дубленки и куртки теплом не делились. Мех нутрии казался мне похожим на самих этих женщин: выносливый, грубый и колючий на вид, он на самом деле был теплым и гладким. Женщины в нутриевых шубах вызывали у меня восхищение: я знала, что они часто были единственными "добытчиками" в семье, но при этом умудрялись сохранять женственность. Боярыни Морозовы с красотой бледной, на грани обморока: их задача была не просто выжить, но сохранить себя, свою сущность и убеждения в постоянной, выматывающей гонке.




ЖЖ
facebook

 1  2
Страницы
Женя Чикурова • 22.01.2009
Версия для печати cсылки по теме: одежда, меха


Мобильная версия
Поиск по женскому журналу:






© Суперстиль Женский журнал 2005-2019.


архив // темы // авторы // дайджест // пишите нам // подписка (rss) // реклама

Все права на материалы, находящиеся на сайте женского журнала SuperStyle.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта, гиперссылка (hyperlink) на SuperStyle.ru обязательна.

– на правах рекламы


Rating@Mail.ru